освободителя мирового духа

Понтифик-Ро́мануса¹вой

¹ Pontifex Romanus

ПОЛНОЕ НАЗВАНИЕ ПАРТИИ УКАЗЫВАЕТ НА ЕЕ ДАЛЬНЕЙШИЙ ПУТЬ, А ИМЕННО:

«БЭЯХАД В ЗАДНИЦУ», ИЛИ «БЭЯХАД ИН ТОХЭС»

ЯЗЫКОМ ЗАКОНА

ЗАКОН МУЗЫКИ – ЗАКОН ЛЮБВИ

Язык есть объективная система отношений понятия, в основании которой закон нравственности, выраженный  гармонией метро-ритма в любой форме своего существования: в музыке, в поэзии, живописи, в архитектуре, в окружающей природе. Я открыл Закон Золотого Сечения в музыке и назвал его именем моей жены Надежды и моей матери Марии: Закон Надежды-Марии.* К Закону прибавляю Мелодию, сочиненную мной на музыку И. С. Баха (см. Прелюдию N I, До-мажор из ХТК):*Аве Надежда-Аве Мария*. Меня вдохновила Аве Мария Ш. Гуно, мелодия, написанная им к этой же Прелюдии И.С.Баха.

 яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3084.09│14.05.26

МОЖНО ЛИ ВЫИГРАТЬ НЕОПРЕДЕЛЕННУЮ ВОЙНУ

Война есть противоречие. Победа не есть примирение противоречия: можно примирить противников, но нельзя примирить противоречие. Противоречие - источник движения и основа жизни. Закон Ньютона не выдуман, как постановление, он есть закон природы: тело движется, преодолевая противоречие трения, действие равно или не равно противодействию. Если тело покоится, то источник его движение есть противоречие его покоя. Таким образом, противоречие есть противодействие сил и источник движения. Образно говоря, противоречие сил есть война. Определить имманентную человечеству латентную войну невозможно без знания философских законов познания сущности сил в природе и в обществе. В государстве силы противоречия не визуальны и существуют под прикрытием ложных определений, раскрыть которые не может искренняя религия, т. е. клятвенная вера. Это под силу только научному, бесконечному и истинному, спекулятивному мышлению вождей пролетариата, учению Маркса-Энгельса-Ленина, на которое клевещет Дональд Трамп, оскорбляя учение (вобравшее в себя немецкую философию, английскую политэкономию и французский социализм), не зная его даже понаслышке. Но это еще не беда. Беда может случиться. Благими намерениями ад вымощен. Однако не потому, что Трамп нечто не делает, а потому, что нельзя сделать то, сущность чего не понимаешь.

яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3084.09│14.05.26

ОТВЕТ БОЛЬНИЧНОЙ КАССЕ «КЛАЛИТ»

НА ВОПРОС О КАЧЕСТВЕ ОБСЛУЖИВАНИЯ

1. Доктор Х великолепен. Медсекретарь Y. весьма хорош, знающ, трудолюбив.

Скажу прямо: если бы моя жена не ушла из «Клалит», она была бы жива.

    Ни одна армия не устоит, если медицина проиграет.

2. Всем не угодишь, но лично я хотел бы успешной телефонной связи в случае обращения в регистратуру.

    Во-вторых, – кадры, достойные имен и фамилий создателей государства Израиль в 1948 году.

Полагаю, Z из данной категории людей и специалистов.

    С уважением К. Н.

яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3087.09│17.05.26

«И познаете истину, и истина сделает вас свободными».  Иоан. 8:32

«Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух». Иоан.3:6

Кому:

Генеральному секретарю ЦК КПК

Председателю КНР Си Цзиньпину

Генсеку Республиканской партии США

Президенту США Дональду Трампу

§¹́

СЕНТЕНЦИИ И ТОЛКОВАНИЕ

«Знающий не говорит, говорящий не знает». Лао-цзы

Истину не говорят, истина говорит сама за себя. Знание есть только то, что истинно. Нельзя называть знанием неистинное представление, понятие, утверждение. Истина есть единство понятия и реальности. Я не говорю, я знаю истину. Идея есть истина. Говорящий от имени Солнца, не знает, ибо знание Солнца есть самое Солнце, мера всех вещей. Говорящий знает лишь предмет, но не меру вещей. Поэтому говорящий не знает. Знающий есть знающий меру вещей (сущность) и поэтому не говорит, ибо меру вещей (сущность) высказать нельзя и невозможно. Говорящий о Солнце знает Солнце, и если знает, то лишь предмет Солнца, но не меру всех вещей, ибо зная меру всех вещей, был бы Солнцем и не говорил, а работал бы (существовал) Солнцем. Истину говорит лишь сама истина. Но истина не "говорит", истина абсолютна и в сущности есть Идея Бога – Абсолютная Идея.

поэт – солнце и свет разума

Необычайное приключение,
бывшее с Владимиром Маяковским
летом на даче

(Пушкино, Акулова гора, дача Румянцева,
27 верст по Ярославской жел. дор.)

В сто сорок солнц закат пылал,
в июль катилось лето,
была жара,
жара плыла –
на даче было это.
Пригорок Пушкино горбил
Акуловой горою,
а низ горы –
деревней был,
кривился крыш корою.
А за деревнею –
дыра,
и в ту дыру, наверно,
спускалось солнце каждый раз,
медленно и верно.
А завтра
снова
мир залить
вставало солнце а́ло.
И день за днем
ужасно злить
меня
вот это
стало.
И так однажды разозлясь,
что в страхе все поблекло,
в упор я крикнул солнцу:
«Слазь!
довольно шляться в пекло!»
Я крикнул солнцу:
«Дармоед!
занежен в облака ты,
а тут – не знай ни зим, ни лет,
сиди, рисуй плакаты!»
Я крикнул солнцу:
«Погоди!
послушай, златолобо,
чем так,
без дела заходить,
ко мне
на чай зашло бы!»
Что я наделал!
Я погиб!
Ко мне,
по доброй воле,
само,
раскинув луч-шаги,
шагает солнце в поле.
Хочу испуг не показать –
и ретируюсь задом.
Уже в саду его глаза.
Уже проходит садом.
В окошки,
в двери,
в щель войдя,
валилась солнца масса,
ввалилось;
дух переведя,
заговорило басом:
«Гоню обратно я огни
впервые с сотворенья.
Ты звал меня?
Чаи́ гони,
гони, поэт, варенье!»
Слеза из глаз у самого –
жара с ума сводила,
но я ему –
на самовар:
«Ну что ж,
садись, светило!»
Черт дернул дерзости мои
орать ему, –
сконфужен,
я сел на уголок скамьи,
боюсь – не вышло б хуже!
Но странная из солнца ясь
струилась, –
и степенность
забыв,
сижу, разговорясь
с светилом постепенно.
Про то,
про это говорю,
что-де заела Роста,
а солнце:
«Ладно,
не горюй,
смотри на вещи просто!
А мне, ты думаешь,
светить
легко?
– Поди, попробуй! –
А вот идешь –
взялось идти,
идешь – и светишь в оба!»
Болтали так до темноты —
до бывшей ночи то есть.
Какая тьма уж тут?
На «ты»
мы с ним, совсем освоясь.
И скоро,
дружбы не тая,
бью по плечу его я.
А солнце тоже:
«Ты да я,
нас, товарищ, двое!
Пойдем, поэт,
взорим,
вспоем
у мира в сером хламе.
Я буду солнце лить свое,
а ты – свое,
стихами».
Стена теней,
ночей тюрьма
под солнц двустволкой пала.
Стихов и света кутерьма –
сияй во что попало!
Устанет то,
и хочет ночь
прилечь,
тупая сонница.
Вдруг – я
во всю светаю мочь –
и снова день трезвонится.
Светить всегда,
светить везде,
до дней последних донца,
светить –
и никаких гвоздей!
Вот лозунг мой –
и солнца!

1920

Что разумно, то действительно; и что действительно, то разумно.

Гегель Г.В.Ф. Философия права

«Этого убеждения придерживается каждое непосредственное сознание, как и философия, и из этого убеждения философия исходит в своем рассмотрении как духовного, так и природного универсума. Если рефлексия, чувство или какая бы то ни было форма субъективного сознания рассматривает настоящее как нечто суетное, считает, что она превзошла его и обладает лучшим знанием, то она пребывает в суетности, а так как она сама обладает действительностью лишь в настоящем, то она сама лишь суетность. Если же, напротив, идея считается тем, что есть не более, чем идея, представление в некоем мнении, то с помощью философии мы приходим к пониманию того, что действительна только идея. Все дело в том, чтобы в видимости временного и преходящего познать субстанцию, которая имманентна, и вечное, которое присутствует в настоящем. Ибо, вступая в своей действительности одновременно и во внешнее существование, разумное, синоним идеи, выступает в бесконечном богатстве форм, явлений и образований, окружает свое ядро пестрой корой, в которой прежде всего застревает сознание, через которую проникает лишь понятие, чтобы нащупать внутренний пульс и ощутить его биение также и во внешних образованиях. Однако бесконечно многообразные отношения, образующиеся в этой внешней оболочке благодаря свечению в нее сущности, этот бесконечный материал и его регулирование, не есть предмет философии. В противном случае она вмешалась бы в ход вещей, ее не касающийся; в этой области она может не трудиться давать добрые советы ... Тем самым наука покажет, что она далека от той ненависти, которую суетное всезнание питает к множеству обстоятельств и учреждений,— от ненависти, в которой мелочность находит свое величайшее удовлетворение, так как только таким образом она обретает чувство собственного достоинства. Итак, данная работа, поскольку в ней содержится наука о государстве, будет попыткой постичь и изобразить государство как нечто разумное в себе, В качестве философского сочинения она должна быть дальше всего от того, чтобы конструировать государство таким, каким оно должно быть; содержащееся в нем поучение не может быть направлено на то,чтобы поучать государство, каким ему следует быть; его цель лишь показать, как государство, этот нравственный универсум, должно быть познано.

Idon Rodox idon cai to phdhma.

Hic Rhous, hic saltus

Здесь Родос, здесь и прыгай!

Задача философии — постичь то, что есть, ибо то, что есть, есть разум. Что же касается отдельных людей, то уж, конечно, каждый из них сын своего времени; я философия есть также время, постигнутое в мысли Столь же нелепо предполагать, что какая-либо философия может выйти за пределы современного ей мира, сколь нелепо предполагать, что индивид способен перепрыгнуть через свою эпоху, перепрыгнуть через Родос. Если же его теория в самом деле выходит за ее пределы, если он строит мир, каким он должен быть, то этот мир, правда, существует, но только в его мнении, в этом податливом материале, позволяющем строить что угодно.

Несколько перефразированное вышеприведенное высказывание гласило бы:

Здесь роза, здесь танцуй.

То, что лежит между разумом как сознающим себя духом и разумом как наличной действительностью, что отделяет первый от второго и не позволяет обрести в нем удовлетворение, представляет собой оковы какой-нибудь абстракции, не достигшей освобождения в понятии. Познать разум как розу на кресте современности и возрадоваться ей — это разумное понимание есть примирение с действительностью, которое философия дает тем, кто однажды услышал внутренний голос, требовавший постижения в понятиях и сохранения субъективной свободы не в особенном и случайном, а в том, что есть в себе и для себя.

Это составляет также конкретный смысл того, что выше было более абстрактно обозначено как единство формы и содержания, ибо форма в ее конкретнейшем значении есть разум как постигающее в понятиях познание, а содержание есть разум как субстанциальная сущность нравственной и природной действительности; осознанное тождество обоих есть философская идея. Есть какое-то великое упрямство, упрямство, которое делает честь человеку, в решении не признавать никакого нравственного убеждения, пока оно не получит оправдания посредством мысли, и это упрямство представляет собой характерную черту нового времени, а также является принципом протестантизма. То, что Лютер впервые воспринял в чувстве и свидетельстве духа как веру, это же достигший большей зрелости дух стремится охватить в понятии, освободить себя таким образом в настоящем и посредством этого найти себя в нем. То, что гласит ставший знаменитым афоризм — половинчатая философия отдаляет от Бога (это та же половинчатость, которая полагает познание в приближении к истине), истинная же философия приводит к Богу,— относится и к государству. Подобно тому как разум не удовлетворяется приближением, которое ни холодно, ни горячо, и поэтому извергается, он не удовлетворяется и холодным отчаянием, допускающим, что во временной жизни все плохо или в лучшем случае посредственно, но ничего другого в ней нечего и ждать и только поэтому следует примириться с действительностью; познание дает нам более тесное примирение с ней.

Что же касается поучения, каким мир должен быть, то к сказанному выше можно добавить, что для этого философия всегда приходит слишком поздно. В качестве мысли о мире она появляется лишь после того, как действительность закончила процесс своего формирования и достигла своего завершения. То, чему нас учит понятие, необходимо показывает и история,— что лишь в пору зрелости действительности идеальное выступает наряду с реальным и строит для себя в образе интеллектуального царства тот же мир, постигнутый в своей субстанции. Когда философия начинает рисовать своей серой краской по серому, тогда некая форма жизни стала старой, но серым по серому ее омолодить нельзя, можно только понять; сова Минервы начинает свой полет лишь с наступлением сумерек». Гегель Г.В.Ф. Философия права.

СЕНТЕНЦИИ И ТОЛКОВАНИЕ

«Учение без размышления вредно, размышление без учения опасно». Конфуций

«От слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься». Матф. 12:37

Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу, и суд Мой праведен;

ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца. Иоанн. 5: 30

СЕНТЕНЦИИ И ТОЛКОВАНИЕ

«Когда я мыслю, я отказываюсь от моей субъективной особенности, углубляюсь в предмет, предоставляю мышлению действовать самостоятельно, и я мыслю плохо, если я прибавляю что-нибудь от себя». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 24

«Наше движимое понятием мышление остается при этом вполне имманентным предмету, равным образом движимому понятием; мы только как бы присматриваемся к собственному развитию предмета, не изменяя этого развития вмешательством наших субъективных представлений и случайно приходящих на ум догадок». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 379

«Философское мышление… обнаруживает себя как деятельность самого понятия. Для этого необходимо усилие, нужно не давать воли собственным затеям и особенным мнениям, которые всегда тут как тут». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 238

Развернутая цитата:

«Философское мышление аналитично, поскольку оно лишь воспринимает свой предмет (идею), предоставляет ему свободу и как бы лишь наблюдает его движение и развитие. Философствование постольку совершенно пассивно. Но философское мышление точно так же синтетично и обнаруживает себя как деятельность самого понятия. Для этого необходимо усилие, нужно не давать воли собственным затеям и особенным мнениям, которые всегда тут как тут».

«То, что в основании истории, и существенно всемирной истории, должна лежать некоторая конечная цель в-себе-и-для-себя, и что эта цель в ней действительно реализована и реализуется – план провидения, – что в истории вообще есть разум, это уже само по себе должно быть решено философски и тем самым как нечто в-себе-и-для-себя необходимое… Философия… противодействует всякого рода произволу и неосновательным догадкам».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 549

 «…Мышление по своему содержанию истинно лишь постольку, поскольку оно углубилось в предмет, а по своей форме оно не есть особенное бытие или действие субъекта, а состоит лишь в том, что сознание ведет себя как абстрактное, как освобожденное от всякой партикулярности частных свойств, состояний и т. д. и производит лишь всеобщее, в котором оно тождественно со всеми индивидуумами. Если Аристотель требует, чтобы мы были достойны такого поведения, то достоинство, которое придает себе сознание, состоит именно в том, что оно отказывается от своего частного мнения и убеждения и отдает себя во власть предмета». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 23

 «Теперь задача в той и другой области заключается не в том, чтобы придумывать связи из головы, а в том, чтобы открыть их в самих фактах. За философией, изгнанной из природы и из истории, остается, таким образом, еще только царство чистой мысли, поскольку оно еще остается: учение о законах самого процесса мышления, логика и диалектика».  Ф. Энгельс.  21, 316

«…Природа предмета – понятие – есть именно то, что движется вперед и развивается, и… это движение есть в такой же мере и деятельность познания – вечная в себе-и для себя сущая идея, вечно себя проявляющая в действии, себя порождающая и собой наслаждающаяся как абсолютный дух». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 577

«...Брать на себя развитие понятия и подчинять как свое мышление, так и свое чувство логической необходимости последнего». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук, т. 1. Предисловие к 2-му изданию. 

СУТЬ: Не строить произвольные философемы, а подчинять свое мышление и свое чувство логической необходимости понятия.

«Идея есть истина в себе и для себя, абсолютное единство понятия и объективности. Ее идеальное содержание есть не что иное, как понятие в его определениях. Ее реальное содержание есть лишь раскрытие самого понятия в форме внешнего наличного бытия, и, замыкая эту форму (Gestalt ) в своей идеальности, идея удерживает ее в своей власти, сохраняет таким образом себя в ней… Идея есть истина, ибо истина состоит в соответствии объективности понятию, а не в соответствии внешних предметов моим представлениям… Все действительное, поскольку оно есть истинное, есть идея и обладает своей истинностью посредством и в силу идеи…». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 213

«Итак, наблюдайте, как вы слушаете; ибо кто имеет, тому дано будет; а кто не имеет, у того отнимется и то, что он думает иметь».  Лк. 8, 18

СУТЬ:  Кто имеет понятие идеи, тому дано будет благо, которое он ищет; а кто не имеет разума для познания понятия, у того отнимется и то, что он думает иметь.

«Но кто вникнет в закон совершенный, закон свободы, и пребудет в нем, тот, будучи не слушателем забывчивым, но исполнителем дела, блажен будет в своем действовании».  Иак. 1,25

СУТЬ:  Познавая и осуществляя понятие в объективности, человек, как разумный дух (объективное знание), пребывает в законе свободы. Блажен человек, познавший сущность вещей и необходимо сообразующийся с понятием в объективной действительности, т. е.  являющийся  исполнителем учения разума. Таким образом, кто имеет понятие, тому дано будет благо, которое он ищет; а кто не имеет разума для познания понятия, у того отнимется и то, что он думает иметь. Призвание к научному познанию понятия, к познанию идеи Бога и к действованию в соответствии с этим понятием есть основа учения Христа.

«И познаете истину, и истина сделает вас свободными».  Иоан. 8, 32

«Философия есть познание, и лишь посредством познания реализуется изначальное призвание человека быть образом Божьим… Со своей природной стороны человек, правда, конечен и смертен, но он бесконечен в познании».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 24

«Истинная свобода как нравственность есть то, что воля в качестве своих целей имеет не субъективные, т. е. своекорыстные, интересы, но всеобщее содержание. Такое содержание существует, однако, только в мышлении и посредством мышления. Было бы абсурдом желать исключить мышление из нравственности, религии, области права и т. д.».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 469

«А у входа в науку, как и у входа в ад, должно быть выставлено требование: «здесь нужно, чтоб душа была тверда; здесь страх не должен подавать совета».  К. Маркс. 13, 9. (Из Данте)

«…Философия, именно потому что она есть проникновение в разумное, есть постижение наличного и действительного, а не выставление потустороннего начала, которое бог знает где существует, вернее, можно с уверенностью сказать где, а именно в заблуждении одностороннего, пустого резонирования».  Гегель. Философия права. Предисловие.

«В тихой обители пришедшего к самому себе и лишь в себе пребывающего мышления умолкают интересы, движущие жизнью народов и индивидов. «Во многих отношениях, – говорит Аристотель в той же связи, – человеческая природа зависима, но эта наука, которой ищут не для какого-нибудь употребления, есть единственная наука, свободная сама по себе, и потому кажется, будто она не есть человеческое достояние» . Философия вообще в своих мыслях еще имеет дело с конкретными предметами – Богом, природой, духом; логика же занимается этими предметами всецело лишь в их полной абстрактности». Гегель. Г.В.Ф.  Наука логики.

«Единство теоретической идеи (познания) и практики –  это NB –  и это единство именно в теории  познания, ибо в сумме получается  "абсолютная идея" (а идея  = объективно истинное) ».  Ленин.  29, 200

«Абсолютная идея есть прежде всего единство практической и теоретической идеи и, следовательно, вместе с тем единство идеи жизни и идеи познания… Это – идея  Бога…».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 236

«Философия как философия располагает вообще другими категориями, чем обычное сознание;  все различие между различными уровнями образования сводится к различию употребляемых категорий. Все перевороты как в науках, так и во всемирной истории происходят оттого, что дух в своем стремлении понять и услышать себя, обладать собой, менял свои категории и тем постигал себя подлиннее, глубже, интимнее и достигал большего единства с собой». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 2, § 246

«Философия должна прежде всего доказать нашему обыденному сознанию, что существует потребность в собственно философском способе познания или даже должна пробудить такую потребность. Но по отношению к предметам религии, по отношению к истине вообще она должна показать, что она сама способна их познать. По отношению же к обнаруживающемуся отличию ее от религиозных представлений она должна оправдать свои, отличные от последних определения».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 4

«Религия есть та форма сознания, в которой истина доступна всем людям, какова бы ни была степень их образования; научное же познание истины есть особая форма ее сознания, работу над которой готовы брать на себя лишь немногие. Содержание этих двух форм познания – одно и то  же, но, подобно тому как некоторые вещи, как говорит Гомер, имеют два названия: одно – на языке богов, а другое – на языке недолговечных людей, – так и для этого содержания существуют выражения на двух языках: на языке чувства, представления и рассудочного, гнездящегося в конечных категориях и односторонних абстракциях мышления, и на языке конкретного понятия.

Если хотят исходя из религии говорить и судить так же и о философии, то для этого требуется  нечто большее, чем одно только обладание привычкой говорить на языке повседневного преходящего сознания. Основой научного познания является внутреннее содержание, обитающая внутри его идея и ее живая жизнь в духе точно так же, как религия в не меньшей мере есть развитое чувство, дух пробудившийся к самоотчету, развернутое содержание. В новейшее время религия все больше и больше свертывала объем своего содержания и уходила в напряженность благочестия или чувства, уходила притом часто в такое чувство, которое обнаруживало чрезвычайно скудное и плоское содержание.

До тех пор пока религия обладает определенным кредо, учением, догматикой, она обладает тем, чем может заниматься философия и в чем последняя как таковая может с ней соединиться. Но это в свою очередь не следует понимать согласно разделяющему, дурному  рассудку, у которого находится в плену современная религиозность и согласно которому последняя воображает, что религия и наука взаимно исключают друг друга или что они соединяются лишь внешней связью. Из сказанного выше следует, наоборот, то, что религия, правда, может существовать без философии, но философия не может существовать без религии, а содержит ее внутри себя.

Истинная религия, религия духа, должна обладать кредо, неким содержанием; дух есть существенно сознание и, следовательно, сознание ставшего предметным содержания; как чувство он есть то же самое содержание, только еще не предметное, он лишь качествует (qualiert), употребляя выражение Якоба Бёме, есть лишь низшая ступень сознания и даже, можно сказать, сознание в форме души, общей человеку с животными. Лишь мышление превращает душу, которой одарено и животное, в дух, и философия есть лишь сознание человеком этого содержания – духа и его истины – также и в форме той своей существенности, которая отличает человека от животного и делает его способным к религии. Сгустившаяся в одну точку, сосредоточившаяся в сердце религиозность должна делать моментом своего возрождения его сокрушение и изнурение содержания; она, однако, должна была бы вместе с тем вспомнить, что она имеет дело с сердцем духа, что духу вручена власть над сердцем и что эта власть может осуществляться лишь постольку, поскольку он сам возродится.

Это возрождение духа из естественного состояния невежества и заблуждения совершается посредством  обучения объективной истине, содержанию и основанного на свидетельстве духа верования в объективную истину.  Это возрождение духа есть, между прочим, непосредственно также и возрождение сердца, освобождение его от чванливости одностороннего  рассудка, от суетной уверенности в том, например, что конечное отлично от бесконечного, что философия необходимо должна быть или многобожием, или, у более проницательных умов, пантеизмом и т. д. , освобождение сердца от таких жалких воззрений, которыми смиренное благочестие превозносится перед философией, равно как и перед теологическим познанием.

Если религиозность упорствует в своей узкой и потому бездуховной интенсивности, то она, разумеется, видит только противоположность между этой ее ограниченной и ограничивающей формой и духовной экспансией религиозного и философского учения как такового. Но мыслящий  дух не только не довольствуется удовлетворением, доставляемым немудрствующей чистой религиозностью, но и точка зрения такой религиозности является результатом его собственных рефлексии и резонирования. Ее презрительное отношение почти ко всяким учениям, ее свобода от последних есть дело поверхностного рассудка, и, пользуясь мышлением, которым она сама  заражена, для нападок на философию, точка зрения такой религиозности с трудом удерживается на тонком бессодержательном острие абстрактного чувства. Не могу удержаться от того, чтобы не привести здесь в извлечении поучительное слово г-на Франца фон Баадера о такой форме благочестия…

"До тех пор, – говорит он (Ф. Баадер. – К. Н.), – пока наука не возвратит снова религии уважения, основанного на свободном исследовании и, следовательно, подлинном убеждении, вы, благочестивые и неблагочестивые, со всеми вашими заповедями и запретами, со всеми вашими разговорами и действиями, не поможете беде, и не пользующаяся уважением религия не будет пользоваться также и любовью. Ибо любить настоящим образом, от души, мы можем только то, что пользуется искренним уважением и что мы признаем, несомненно, достойным такого уважения; только такого рода amor generosus (благородная любовь.– лат.) может служить на пользу и религии.

Другими словами: если хотите, чтобы снова расцвела религиозная практика, то позаботьтесь о том, чтобы мы снова получили разумную теорию этой практики, и не очищайте поля битвы вашим противникам (атеистам) неразумным и богохульным утверждением, что нечего и думать о такой теории религии, ибо она невозможна, утверждением, что религия есть дело сердца, в котором мы имеем право и даже должны отказаться от услуг головы".

Относительно скудости содержания мы можем еще заметить, что о ней можно говорить лишь как о внешнем состоянии религии в определенную эпоху. Пожалуй, достойна сожаления такая  эпоха, которая нуждается в том, чтобы вызвать одну лишь голую веру в бога, о чем так старался  благородный Якоби, и чтобы только пробудить в душах, вдобавок к этой вере, концентрированное христианское чувство. Но  нельзя вместе с тем не заметить, что даже в этом стремлении скрыто содержатся более высокие принципы. Перед наукой же простирается богатое содержание, созданное веками и тысячелетиями познающей деятельности, и это содержание простирается перед нею не как нечто данное, которым обладали лишь другие, не как содержание, которое для нас стало прошлым, результатом которого являются лишь знания, дающие пищу памяти и материал для проявления нашего остроумия в критике исторических сообщений, но как познание, питающее дух и удовлетворяющее нашу потребность в истине.

Все наиболее возвышенное, глубокое и сокровенное было открыто в религиях, философских учениях и произведениях искусства в более или менее чистых, более или менее ясных, а иногда весьма  отпугивающих образах.… Он (Ф. Баадер. – К. Н.) не только продолжает напоминать об этих  формах, но и глубоко спекулятивно показывает научное значение их содержания, выявляя их философскую идею… Гнозис г-на фон Баадера… представляет собой своеобразный способ возбуждать интерес к философии. Этот гнозис энергично восстает как против успокоения на бессодержательной поверхности просветительства, так и против благочестия, желающего оставаться лишь интенсивным благочестием.  Мы имеем, можно сказать, достаточно и даже с избытком более или менее чистых или затуманенных образов истины – в религиях и мифологиях, в гностических и мистифицирующих философиях древнего и нового времени. Можно находить удовольствие в том, чтобы открывать идею в этих образах, и находить удовлетворение в почерпнутом из такого рода открытий убеждении, что философская истина не есть нечто совершенно изолированное, что ее действие проявлялось в этих образах по крайней мере как брожение. Но когда незрелый и самонадеянный ум начинает заниматься подогреванием таких продуктов брожения… то он по своей лености и неспособности к научному мышлению легко возводит подобный гнозис в исключительный способ познания, ибо легче отдаваться рассмотрению таких форм и исходя из них строить произвольные философемы, чем брать на себя развитие понятия и подчинять как свое мышление, так и свое чувство логической необходимости последнего…

Подобно тому как в явлениях времени… сказывается, хотя и искаженно, настойчивое стремление к мышлению, так и для самой мысли, поднявшейся на высоту духа, а также для ее  эпохи возникает потребность – и только это достойно нашей науки, – чтобы то, что прежде было открыто как тайна и в своих ясных и тем более темных образах оставалось таинственным для формальной мысли, обнаружилось для самого мышления. Ибо мышление в сознании абсолютного своего права быть свободным упорно полагает, что оно примирится хотя бы и с превосходным содержанием лишь постольку, поскольку последнее сумеет сообщить себе форму, которая вместе с тем наиболее достойна и самого этого содержания, – форму понятия, необходимости, которая связывает всё и вся, связывает как содержание, так и мысли и именно этим делает их свободными. Если должно обновить старое, т. е. некую старую форму, ибо содержание вечно юно, то та форма, которую придали идее Платон и с еще большей глубиной Аристотель, наиболее достойна того, чтобы мы вспомнили о ней; она достойна этого потому, что  раскрытие нами этой формы путем усвоения ее и превращения в составную часть нашей культуры мысли не только непосредственно дает ее понимание, но есть также шаг вперед самой науки. Однако понять такие формы идеи не так просто, как создавать гностические и каббалистические фантасмагории, и нечего уже говорить, что развить дальше эти формы идеи не так легко, как указать или лишь намекнуть на отзвуки ее в этих фантасмагориях. Подобно тому как об истинном было справедливо сказано, что оно есть index sui et falsi (показатель себя и лжи.–лат.), и, наоборот, исходя из ложного нельзя познать истину, так и мы должны сказать, что понятие есть понимание самого себя, а также и лишенного понятия образа, но  этот последний исходя из своей внутренней истины не понимает понятия. Наука понимает чувство и веру,  но о науке можно судить только исходя из понятия, на котором она основывается, и так как она есть саморазвитие последнего, то суждение о ней, исходящее из понятия, есть не столько суждение о ней, сколько движение вперед вместе с ней... И только такое суждение я могу уважать и принимать во внимание». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, Предисловие к 2-му изданию.

«Идея есть истина в себе и для себя, абсолютное единство понятия и объективности. Ее идеальное содержание есть не что иное, как понятие в его определениях. Ее реальное содержание есть лишь раскрытие самого понятия в форме внешнего наличного бытия, и, замыкая эту форму (Gestalt ) в своей идеальности, идея удерживает ее в своей власти, сохраняет таким образом себя в ней.

Примечание. Дефиниция абсолютного, согласно которой оно есть идея, сама абсолютна. Все предыдущие дефиниции приходят к этой. Идея есть истина, ибо истина состоит в соответствии объективности понятию, а не в соответствии внешних предметов моим представлениям; последнее есть лишь правильное представление, которое я, данное лицо, составляю себе. В идее не идет дело ни об «этом», ни о представлениях, ни о внешних предметах. Но также все действительное, поскольку оно есть истинное, есть идея и обладает своей истинностью посредством и в силу идеи…

Идею не следует понимать как идею о чем-то, точно так же как не следует понимать понятие лишь как определенное понятие. Абсолютное есть всеобщая и единая идея, которая в акте суждения обособляет себя в систему определенных идей, которые, однако, по своей природе не могут не возвратиться в единую идею, в их истину. В силу этого суждения идея вначале есть лишь единая, всеобщая субстанция, но в своей развитой, подлинной действительности она есть субъект и, таким образом, дух.

Идею, поскольку она не имеет своей исходной и опорной точки некоторого отдельного существования, часто принимают за чисто формально-логическое…Точно также ложно представление, будто идея лишь абстрактна. Она, конечно, абстрактна, но лишь постольку, поскольку все неистинное в ней исчезает; но в самой себе она существенно конкретна, ибо она есть свободное, самоопределяющееся и, следовательно, определяющее себя к реальности понятие». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 213

СУТЬ: Идея есть сущность мышления, а не продукт его. Понятием идеи определяется истинность самого мышления. Идею невозможно представить в воображении или ощутить в чувствах. Идею можно и нужно познать. Познание идеи доступно только спекулятивному, т. е. разумному, бесконечному мышлению.

«…Философское мышление в собственном значении этого слова, спекулятивное мышление… имеет также формы, свойственные ему одному, которые все сводятся к форме понятия… Нужно различать между понятием в спекулятивном смысле и тем, что обычно называют понятием». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 9

«Когда мы говорим о мышлении, мы должны различать между конечным, лишь рассудочным мышлением, и бесконечным, разумным мышлением. Определения мышления, которые мы непосредственно преднаходим изолированными, суть конечные определения. Истинное же есть в себе бесконечное, которое не может быть выражено и осознано посредством конечного… Мышление по своей сущности в себе бесконечно. Конечным называется, выражаясь формально, то, что имеет конец, то, что есть, но перестает быть там, где оно соприкасается со своим другим и, следовательно, ограничено последним. Конечное, таким образом, состоит в отношении к своему другому, которое является его отрицанием и представляет собой его границу. Но мышление находится у самого себя, соотносится с самим собой и имеет своим предметом само себя. Делая мысль своим предметом, я нахожусь у самого себя. «Я», мышление, согласно этому, бесконечно, потому что оно в мышлении соотносится с предметом, который есть оно само. Предмет вообще есть нечто другое, нечто отрицательное по отношению ко мне. Но если мышление мыслит само себя, то оно имеет предмет, который вместе с тем не есть предмет, т. е. имеет снятый, идеальный предмет; мышление как таковое в своей чистоте не имеет, следовательно, предела в себе. Конечным оно является лишь постольку, поскольку оно останавливается на ограниченных определениях, которые признаются им чем-то последним. Бесконечное, или спекулятивное, мышление точно так же определяет, но, определяя, ограничивая, оно снова снимает этот недостаток. Не следует подобно обычному представлению понимать бесконечность как абстрактное выхождение за всякий вновь возникающий предел, а следует понимать его тем простым способом, который мы разъяснили выше». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 28

 «Рассудок выделяет лишь конечные определения; последние лишены в себе устойчивости, шатки и  возведенное на них здание обрушивается. Разум всегда стремился к тому, чтобы найти бесконечное определение…».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 38

«Упорнее всего держимся мы рассудочных определений. Последние как определения мышления  признаются более прочными и даже абсолютно незыблемыми. Мы думаем, что они отделены друг от друга бесконечной пропастью, так что противоположные друг другу определения никогда-де не могут соприкоснуться. Борьба  разума состоит в том, чтобы преодолеть то, что фиксировано рассудком».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 32

«…Философия  возвысилась над… общепринятым конечным способом рассмотрения только рефлектирующего мышления… до постижения духа как самое себя знающей действительной идеи, до понятия живого духа… Вместо внешнего описания преднайденного готового материала значение единственно научного метода приобрела строгая форма содержания, которое с необходимостью развивает само себя. Если в эмпирических науках материал берется извне, как данный опытом, упорядочивается согласно уже твердо установленному общему правилу и приводится во внешнюю связь, то спекулятивное мышление, наоборот, должно раскрыть каждый свой предмет и его развитие с присущей ему абсолютной  небходимостью. Это происходит так, что каждое особенное понятие выводится из самого себя  порождающего и осуществляющего всеобщего понятия, или логической идеи. Философия должна поэтому понять дух как необходимое развитие вечной идеи, а то, что составляет особые части науки о духе, развить полностью из понятия. Подобно тому как в отношении живого вообще все идеальным образом уже содержится в зародыше и порождается им самим, а не какой-либо чужой силой, точно так же и все особенные формы живого духа должны проистекать из его понятия как из своего зародыша. Наше движимое понятием мышление остается при этом вполне имманентным предмету, равным образом движимому понятием; мы только как бы присматриваемся к собственному развитию предмета, не изменяя этого развития вмешательством наших субъективных представлений и случайно приходящих на ум догадок. Понятие для своего развития не нуждается ни в каком внешнем стимуле; его собственная, включающая в себя противоречие между простотой и различением и именно потому беспокойная природа побуждает его к самоосуществлению…

Понятие оказывается независимым от нашего произвола не только в начале и в ходе своего развития, но также и в его заключительной стадии… Зародыш растения – это чувственно наличное понятие – завершает свое развертывание некоторой равной ему действительностью, а именно порождая семя. То же самое справедливо и относительно духа, и его развитие достигает своей цели, если его понятие оказалось полностью осуществленным, или, что то же самое, если дух достиг полного сознания своего развития. Это смыкание начала с концом – это прихождение понятия в процессе своего осуществления к самому себе – проявляется, однако, в духе в еще более совершенной форме, чем в простом живом существе, ибо, в то время как в этом последнем порожденное семя не тождественно с тем, что его породило, в самопознающем духе порожденное есть то же самое, что и порождающее.

Только в том случае, если мы будем рассматривать дух в изображенном процессе самоосуществления его понятия, мы познаем его в его истинности (ибо истиной и называется как раз соответствие понятия его действительности). В своей непосредственности дух еще не является истинным, он еще не сделал своего понятия предметным для себя, еще не оформил наличествующее в нем непосредственное в то, что положено им самим, еще не преобразовал свою действительность в действительность, сообразную со своим понятием. Все развитие духа есть не что иное, как возвышение самого себя до своей собственной истинности, и так называемые силы души не имеют никакого другого смысла, кроме того, чтобы быть ступенями возвышения духа». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 379

 «Ее (философии – К. Н.) содержание – постигающее в понятиях познание Бога и физической и духовной природы, познание истины». Гегель. Г.В.Ф. Философия права.

«Мера есть качественно определенное количество прежде всего как непосредственное; она есть определенное количество, с которым связано некое наличное бытие или некое качество.

Прибавление. Мера как единство качества и количества есть, следовательно, вместе с тем завершенное бытие. Когда мы говорим о бытии, оно является сначала как что-то совершенно абстрактное и лишенное определений, но бытие существенно есть то, что состоит в самоопределении, и своей завершенной определенности бытие достигает в мере. Можно также рассматривать меру как дефиницию абсолюта, и, согласно этому способу рассмотрения, было сказано, что бог есть мера всех вещей. Это же воззрение составляет также основной тон некоторых древнееврейских гимнов, в которых прославление бога состоит главным образом в провозглашении, что именно он положил всему границы: морю и суше, рекам  и горам, а также и различным видам животных и растений. В религиозном сознании древних греков божественность меры в ее отношении к нравственности изображается в виде Немезиды. В этом представлении заключена, кроме того, мысль, что все человеческое: богатство, честь, могущество и точно так же радость, печаль и т. д. – имеет свою определенную меру, превышение которой ведет к разрушению и гибели. Что же касается предметного мира, то и здесь мы встречаем меру. Мы видим, во-первых, в природе такие существования, существенное содержание которых образует мера. Такова в особенности Солнечная система, которую мы вообще должны рассматривать как царство свободной меры». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 107

«Истинное мышление есть спекулятивное мышление, оно «должно раскрыть каждый свой предмет и его развитие с присущей ему абсолютной  небходимостью. Это происходит так, что каждое особенное понятие выводится из самого себя  порождающего и осуществляющего всеобщего понятия, или логической идеи. Философия должна поэтому понять дух как необходимое развитие вечной идеи, а то, что составляет особые части науки о духе, развить полностью из понятия. Подобно тому как в отношении живого вообще все идеальным образом уже содержится в зародыше и порождается им самим, а не какой-либо чужой силой, точно так же и все особенные формы живого духа должны проистекать из его понятия как из своего зародыша».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 379

«Дух, развивающийся в своей идеальности, есть дух познающий. Но познание но понимается здесь просто как определенность идеи, как логическая идея (§ 223), но понимается так, как конкретный дух определяет себя к этому познанию». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 387

«…Дух есть для себя самого сущий разум. Дух и разум находятся друг к другу в таком же отношении, как тело и тяжесть, как воля и свобода; разум образует субстанциальную природу духа; он есть только другое выражение для истины, или идеи, составляющей сущность духа; но только дух как таковой знает, что его природа есть разум и истина». Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 387

«…Ее (истории.– К.Н.) сущность составляет идея, а ее явления случайны и принадлежат царству произвола».  Гегель. Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1, § 16

«Что в ходе развития духа (а дух и есть то, что не только витает над историей, как над водами, но действует в ней и составляет ее единственный двигатель) свобода, т. е. развитие, определенное самим понятием духа, является определяющим началом и только понятие о духе является для него конечной целью, т. е. истиной, так как дух есть сознание, или, другими словами, что в истории существует разум, – с одной стороны, следует считать по крайней мере убедительным предположением, с другой же стороны, это есть философское познание.  Это освобождение духа, в котором он стремится прийти к самому себе и осуществить свою истину, а также дело своего освобождения, – есть величайшее и абсолютное право».  Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 549

«То, что в основании истории, и существенно всемирной истории, должна лежать некоторая конечная цель в-себе-и-для-себя, и что эта цель в ней действительно реализована и реализуется – план  провидения, – что в истории вообще есть разум, это уже само по себе должно быть решено философски и тем самым как нечто в-себе-и-для-себя необходимое… Философия… противодействует всякого рода произволу и неосновательным догадкам».  егель. Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. т. 3, § 549

«ИУДЕЙСКАЯ» ФИЛОСОФИЯ

«Философское мышление… обнаруживает себя как деятельность самого понятия. Для этого необходимо усилие, нужно не давать воли собственным затеям и особенным мнениям, которые всегда тут как тут». Гегель. 1, 422

«Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу, и суд Мой праведен, ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца». Иоан. 5, 30

яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3088.09│18.05.26

Кому:

Генеральному секретарю ЦК КПК

Председателю КНР Си Цзиньпину

Генсеку Республиканской партии США

Президенту США Дональду Трампу

§²́

Здравый смысл еще не наука. Идея есть истина.

ИДЕЯ ВЕЛИКИХ РЕВОЛЮЦИЙ

Товарищ Си, товарищи коммунисты!

У нас общая история, это - история марксизма, учение об освобождении пролетариата. Многие из вас заметили или могли заметить, что Дональд Трамп тоже говорит о рабочих, о фермерах, о народе, но он патологический враг марксизма, и не потому, что он что-либо знает или понимает, а потому, что он достиг высшей ступени здравого смысла. Но мы знаем, что здравым смыслом вымощена дорога в ад. Нельзя отказать в здравом смысле ни Третьему рейху, ни Римской, ни всякой другой империи, ибо всякий Рейх есть империя, всякая империя есть Рейх. Не быть частью империи и вассалом Рейха есть наша цель и главная задача марксизма. Учение Маркса-Энгельса-Ленина о диктатуре пролетариата дает политико-экономическое и философское основание освобождения всех трудящихся от угнетения паразитарными классами и от заблуждения рабочих, видящих в псевдо-революционерах демократов и радетелей народа. Трамп не понимает происходящее, поскольку не имеет философского мышления и подменил его здравым смыслом, вследствие чего стал жертвой научного или антинаучного подхода к решению исторических задач Нового, по сути вечного исторического времени. Час истории пробил, дух истинного мышления воскрешает себя в мировой революции, объединив Великую Французскую,  Американскую, Русскую, Немецкую и другие национальные составляющие всемирного антифашизма. Надеюсь, что осознание всемирной истории в духе идеи и истины станет доступно для умов и сердец народов, и процесс термидора и реставрации совокупной идеальной Римской империи, раскрывшись двумя мировыми войнами ХХ века, будет идентифицирован, обращен вспять победой над фашизмом, под прикрытием демократии и свободы разворачивающим повергнутые нацистские штандарты эры трансцендентного цезаризма. Иного не дано. Забыв и отбросив свой лозунг борьбы с Вашингтонским болотом, Дональд Трамп не называет марксистом разве только вашингтонскую жабу, считая Гитлера и Муссолини коммунистами и социалистами. Без определения понятий Трамп берется вершить дело Джорджа Вашингтона и Авраама Линкольна, отцов-основателей республики США. Он погибнет сам и погубит свое государство. Мы этого допустить не можем. Верно, товарищ Си, товарищи коммунисты? Думаю, верно. Думаю верно. Не Трамп породил историю, а история Трампа. Я являюсь теоретиком и движителем исторического процесса освобождения пролетариата, всех трудящихся, всех народов от гнета трансцендентной Римской империи фашизма. Перед разрушением СССР псевдокоммунистами, псевдомарксизмом, я четыре года писал Письма в ЦК КПСС по философии марксизма, создал газету Истина. Во время событий на Тяньаньмэнь я сказал подавить контрреволюцию. Не только я сознавал преступность этого переворота. Это была предтеча событий 1991-1993 годов в СССР. Инициатива шла от врагов всех (Американской, Французской, Русской, Немецкой) революций/восстаний в совокупной идеальной трансцендентной Римской империи. По существу, Дональд Трамп должен сознавать свою историю как факт единого восстания в разных исторических временах с одной целью, против одного врага, именно против фашизма, скрытой от взора народов трансценентной воли Римской империи. И борьба за свободу есть дело также и Дональда Трампа, как была делом Робеспьера, Марата, Дантона во Франции; делом Вашингтона, Франклина, Джефферсона, Линкольна в США; Ленина, Троцкого, но не Сталина, в России; Либкнехта, Тельмана, Люксембург, Цеткин в Германии. Не напрасно К. Маркс обратился к А.Линкольну с поддержкой республики. Ибо мировая революция есть единый процесс борьбы с всемирным фашизмом (от фасции), истоки которого в сущности трансцендентной воли всех империй, качества мировой воли, овладевшей мировым духом. Республика США обречена, и Дональд Трамп не в силах противостоять диктатуре фашизма, прикрывающейся демократией и свободой, он пленник системы подмены власти народа властью глубинного государства, о котором сам Трамп уже не вспоминает. Кто за кем стоит и что за чем скрывается, - вот вопрос, который Трамп не ставит, ибо не видит врага, мыслит клише антикоммунизма и только жабу Вашингтонского болота не называет марксистом. Такое мышление ведет к трагедии и Трампа, и Республику США. Трамп рискует кончить как Кромвель, в лучшем случае, как Кеннеди, его родня и сотни вырезанных свидетелей. Мы этого допустить не можем и не хотим. Общемировой исторический процесс, - а история и есть общемировой процесс; исторический процесс или естественно устремлен вперед, или целенаправленно обращается вспять. Определить силы обратного процесса, прогрессирующие силы регресса и регрессивные силы прогресса, есть цель и задача коммунистов, марксистов в истинном смысле. Спасти Дональда Трампа от невежественной смерти при отягчающих обстоятельствах нарушения закона познания, есть задача коммунистов, марксистов, диагностирующих теоретиков и практиков заблудившегося коммунизма, которым отличается новая эпоха оппортунизма, ревизионизма, эклектизма, эра наваждения ложных понятий. В общем и целом, дело обстоит так: враг проник в дух и право всех так наз. государств, в т. ч. США, Китая и России. В разных странах он действует внутри, но не в пользу ни одной из них, а в пользу буквально трансцендентной Римской империи. Президент Никсон подружился с Китаем, но цель Никсона не соответствует идее и истине Китая и США. Чему же? Почему цель президента США не соответствует интересам США? Спросите Картера, соответствовала ли интересам США передача панамского канала Панаме за один доллар? Если бы Трамп не лгал столь откровенно, он называл бы Картера коммунистом, который просто отдал Панамский канал и предал США. Но предал ли Картер США, когда отдал панамский канал, и Панаме ли он отдал канал? Нет, Картер не предатель США, он враг США. Назвать Картера врагом Трамп не решается или в самом деле не считает Картера врагом. Трамп подменил понятия и не называет врага США Картера врагом США. Он скорее назовет Картера коммунистом, однако, как жабу Вашингтонского болота, Трамп не называет его коммунистом. Зато он называет коммунистом мэра Вашингтона исламофашиста Мамдани. Подменяя понятия, Трамп по существу подменяет республику США диктатурой исламофашизма, называя фашизм коммунизмом и тем самым обеляя нацистскую составляющую США, скрывая свою беспомощность перед религиозной идеологией исламского демократического фашизма в США. Итак, Картер, Никсон, Обама, Байден и все президенты США последнего времени - не предатели США, а врожденные враги США, они убийцы или пособники убийц истинных американских президентов, занимающие их место по распределению Лиги Плюца, в частности Йеля и Гарварда. Обзывая врагов коммунистами и не называя вещи своими именами, Трамп, во первых, скрывает истинное положение дел, а во-вторых, препятствует свободе и демократии установить право первородства республики отцов-основателей, зная, кто и как подменил идею и истину США идеей и истиной колониальной римской провинции. Я веду дело Трампа методом Маркса, – на языке политэкономии тарифы являются восстановление меры товарообмена, который был умышленно, преднамеренно и целенаправленно, с целью разрушения государства США, нарушен президентами, - убийцами или пособниками убийц истинных президентов государства от США отцов-основателей. Ни одного из этих пособников королей, императоров, князей, царей, Трамп не называет преступником. Между тем, почти все президенты США - генеалогические потомки, кузены королей действительной Римской империи. В большинстве это Плантагенеты. Вашингтонское болото, или же  глубинное государство, не ограничивается ни Вашингтоном, ни США. Это -  мировая воля всемирного государства, - трансцендентная Римская империя, неизменная, как химический элемент, субстанция, модусы субъектности которой под видом объектности действуют во всех странах и государствах так наз. мира. Установив тарифы как средство восстановления меры товарообмена, Трамп осуществляет диктатуру пролетариата финансово-экономическим регулированием грабительского регулирования цены продукта врагами США, расхищающими стоимости, созданные американскими рабочими и так превращающими их в пролетариев путем завышеня цен при продаже американского продукта самим американским производителям. Трамп восстанавливает меру вещей, возвращая украденную у США стоимость американским производителям. Байден - модус, а субстанция - империализм, враждебный и Китаю, и США. Трамп не отменяет регуляцию экономики Байдена, а восстанавливает разрушенную Байденом экономику. Байден не регулировал экономику, он ее разрушал. Слово регуляция означает налаживание, а Байден разлаживал экономику путем разрушительных, запретительных инструкций. Это была регуляция в отрицательном смысле, дерегуляция экономики, запрет на добычу ископаемых и на получение лицензий производителями. Байден проводил колониальную политику разрушения и запрета экономического развития США разными способами запрета, торможения, остановки страны, построенной американцами. Это следует рассматривать как реставрацию дореволюционного статуса США как колонии Британской, Германской, Испанской, Французской, в общем и целом, совокупной идеальной Римской империи. Это не ошибки якобы глупых президентов, это война умных резидентов империализма под видом президентов, губернаторов, политиков США. Назвать вещи их именами,  войну войной, грабеж грабежом Трамп не сумел и во всем обвинил марксистов. Спрашивается, как он может бороться с врагом, если не имеет определение врага и уводит его от наказания за преступление против государства? Никак. Империализм есть паразитический и загнивающий капитализм, высшая стадия преступления, скрываемого под личиной свободы и демократии методом подмены понятий и подтасовки выборов. Капитал, награбленный в США, финансирует врагов США, наводнение бандами уголовников есть война против народа, независимости и самого существования США. Байден, Обама, Клинтон, Картер, Никсон, Буши - это модусы империализма, воплощение трансцендентной Римской империи под личиной президентов США. Поэтому на войну во Вьетнаме нужно смотреть как на войну президентов США против США. Война с Ираном - это война президента США Трампа именем США за интересы США. Война в Ираке была завершена Байденом как врагом США против США. Вы этого не услышите от Трампа, но это так. Ложные коммунистические партии, движения и даже государства в себе провинции Римской империи. Куба - это Испанская империя под прикрытием коммунистических идеалов. Президент Кубы Мигель Диас-Канель - это по существу вице-король Испанской империи под личиной коммуниста. Таким же был Фидель Кастро. Такая же подмена понятий Испанской империей в Венесуэле. Все революционные движения созданы королями и императорами современой Римской империи. Переворот в СССР воссоздал Российскую империю под видом Российской Федерации, ибо в себе СССР и особенно Россия никогда не были социалистическими республиками. Сегодня Российской империей правит Потемкин, реставрирована русско-прусская монархия. Китай тоже в состоянии лже коммунизма, поскольку Плантагенеты США, России, Европы ладили с Китаем с тем, чтобы прибрать его к рукам на Тяньаньмэнь. Теоретически Китай в том же состоянии противоречия реставрации, что и США, и отвечает ли интересам США ликвидация Китая - это зависит от того, что́ есть США и что́ есть Китай. Если оба государства не отвечают своему понятию, то дело швах. Но если США отвечают понятию отцов-основателей, а не понятию президентов-плантагенетов, если Китай отвечает понятию революционного коммунистического отрицания Римской империи, не оппортунизму и ревизионизму заговорщиков Вашингтонского болота, враждебного и США, и Китаю, тогда у США Трампа и у Китая Си Цзиньпина есть общие точки теоретического соприкосновения в понимании империализма, войны с Римской империей, подменяющей истинные понятия ложными и опирающейся на троянских коней римской демократии внутри США и Китая. Паразиты России (римляне, варяги, викинги, германцы, норманны, плантагенеты) кормят Китай не для Китая, а для паразитов России, для Потемкиных и их германских, русско-прусских феодалов, бывших в СССР коммунистами, репрессировавших истинных большевиков Ленина с тем, чтобы завершить процесс термидора и реставрации Российской империи Второй мировой войной, являющейся в себе прикрытием Реставрации русско-прусской Византийской (Российской) и итало-германской (Западно-Римской) империи и под началом Мальтийского ордена  слиться в одну историческую Римскую империю римлян и этрусков, очевидно в древности назвавших покоренных ими славян протоименем русские (от этрусские). Но это уже не существенно. Присвоение имен имеет особенности, это скорее психология религии, религиозная психология, идеология, нежели философия.

Субстанция − то, что существует само в себе и представляется само через себя, т. е. то, представление чего не нуждается в представлении другой вещи, из которого оно должно было бы образоваться.

Модус − состояние субстанции, − то, что существует в другом и представляется через это другое. (Барух Спиноза) 

СЕНТЕНЦИИ И ТОЛКОВАНИЕ

«Наше движимое понятием мышление остается при этом вполне имманентным предмету, равным образом движимому понятием; мы только как бы присматриваемся к собственному развитию предмета, не изменяя этого развития вмешательством наших субъективных представлений и случайно приходящих на ум догадок» Гегель. Г.В.Ф. Энциклопедия философский наук. т. 3, § 379

Развернутая цитата:  

§ 379

Осознанное чувство живого единства духа само собой противится расщеплению его на различные, представляющиеся самостоятельными в отношении друг к другу способности, силы, или, что в конце концов сводится к тому же, представленные таким же способом деятельности. Но в еще большей мере нуждаются в понимании те противоположности, которые тотчас же здесь обнаруживаются: свободы духа и состояния его детерминированности, далее, свободной деятельности души в отличие от внешней для нее телесности и, наконец, внутренней связи того и другого. (В новое Время. К.Н.) были стерты все твердые различия, устанавливаемые рассудком, и непосредственно обнаружилась необходимость спекулятивного рассмотрения для разрешения противоречий.

Прибавление. Все ... ограниченные концепции духа были вытеснены отчасти тем огромным переворотом, который философия вообще испытала в новое Время... философия возвысилась над ... общепринятым конечным способом рассмотрения только рефлектирующего мышления ...— до постижения духа как самое себя знающей действительной идеи, до понятия живого духа с необходимостью саморазличающегося и от этих своих различий возвращающегося к единству с собой; а этим не только были преодолены господствующие в ... ограниченных концепциях духа абстракции лишь единичного, лишь особенного или лишь всеобщего, не только они были преодолены и низведены до моментов понятия, составляющего их истину, но также вместо внешнего описания преднайденного готового материала значение единственно научного метода приобрела строгая форма содержания, которое с необходимостью развивает само себя. Если в эмпирических науках материал берется извне, как данный опытом, упорядочивается согласно уже твердо установленному общему правилу и приводится во внешнюю связь, то спекулятивное мышление, наоборот, должно раскрыть каждый свой предмет и его развитие с присущей ему абсолютной необходимостью. Это происходит так, что каждое особенное понятие выводится из самого себя порождающего и осуществляющего всеобщего понятия, или логической идеи. Философия должна поэтому понять дух как необходимое развитие вечной идеи, а то, что составляет особые части науки о духе, развить полностью из его понятия. Подобно тому как в отношении живого вообще все идеальным образом уже содержится в зародыше и порождается им самим, а не какой-либо чуждой силой, точно так же и все особенные формы живого духа должны проистекать из его понятия как из своего зародыша. Наше движимое понятием мышление остается при этом вполне имманентным предмету, равным образом движимому понятием; мы только как бы присматриваемся к собственному развитию предмета, не изменяя этого развития вмешательством наших субъективных представлений и случайно приходящих на ум догадок. Понятие для своего развития не нуждается ни в каком внешнем стимуле; его собственная, включающая в себя противоречие между простотой и различением и именно потому беспокойная природа побуждает его к самоосуществлению, она заставляет его развертывать и делать действительным различие, наличествующее в нем самом только идеально, т. е. в противоречивой форме неразличенности; так приводит она к тому, чтобы посредством снятия его простоты как некоторого недостатка, некоторой односторонности сделать его действительно целым, к чему первоначально оно содержит в себе только возможность.

Понятие оказывается независимым от нашего произвола не только в начале и в ходе своего развития, но также и в его заключительной стадии. При чисто рассудочном рассмотрении этот заключительный момент развития является, конечно, более или менее произвольным; в философской науке, напротив, понятие само тем полагает своему саморазвитию известную границу, что дает себе вполне соответствующую своей природе действительность. Уже на примере живого видим мы это самоограничение понятия. Зародыш растения – это чувственно наличное понятие – завершает свое развертывание некоторой равной ему действительностью, а именно порождая семя. То же самое справедливо и относительно духа, и его развитие достигает своей цели, если его понятие оказалось полностью осуществленным, или, что то же самое, если дух достиг полного сознания своего развития. Это смыкание начала с концом — это прихождение понятия в процессе своего осуществления к самому себе – проявляется, однако, в духе в еще более совершенной форме, чем в простом живом существе, ибо, в то время как в этом последнем порожденное семя не тождественно с тем, что его породило, в самопознающем духе порожденное есть то же самое, что и порождающее.

(Только в том случае, если мы будем рассматривать дух в изображенном процессе самоосуществления его понятия, мы познаем его в его истинности (ибо истиной и называется как раз соответствие понятия его действительности). В своей непосредственности дух еще не является истинным, он еще не сделал своего понятия предметным для себя, еще не оформил наличествующее в нем непосредственное в то, что положено им самим, еще не преобразовал свою действительность в действительность, сообразную со своим понятием. Все развитие духа есть не что иное, как возвышение самого себя до своей собственной истинности, и так называемые силы души не имеют никакого другого смысла, кроме того, чтобы быть ступенями того возвышения духа. Благодаря этому саморазличению, благодаря этому самопреобразованию и благодаря сведению своих различий к единству своего понятия дух только и есть истинное, а также живое, органическое, систематическое; только через познание этой своей природы и наука о духе является истинной, живой, органической, систематической – предикаты, которым нет места ни в рациональной, ни в эмпирической психологии, ибо первая превращает дух в мертвое, оторванное от своего собственного осуществления существо, вторая же умерщвляет живой дух тем, что разрывает его на множество самостоятельных сил, не порожденных понятием и не связанных им воедино».

 яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3090.09│20.05.26

Хорошо хоть не в честь Гитлера:

в России учредили орден имени завоевателя,

первым спалившего Москву

Как ни странно, новая награда будет вручаться

"за защиту территориальной целостности России".

https://www.9tv.co.il/item/226417      20.05.2026

«Верховный хурал Республики Тыва учредил орден Субэдэя – одного из монгольских полководцев и ближайшего соратника Чингисхана. Соответствующее решение принято на заседании республиканского парламента, сообщает "Коммерсант".

Парадоксально, но новая награда будет вручаться "за исключительные заслуги в защите Отечества, мужество и отвагу, проявленные при защите территориальной целостности и интересов России, а также за особые заслуги в области обеспечения безопасности".

Орден станет второй по значимости наградой региона после ордена Республики Тыва.

"Вы все прекрасно понимаете, в связи с чем это делается, – прокомментировал нововведение полпред главы республики в парламенте Экер-оол Манчын. – Сейчас идет СВО, и многие ребята достойно выполняют свой воинский долг. Бывает, что они удостаиваются государственных наград, а бывает, что их заслуги недооцениваются. Есть необходимость отмечать их заслуги и у себя на родине".

Другими словами, решение Верховного хурала о введении новой награды можно трактовать и как скрытую обиду республики на недостаточное внимание Москвы к вкладу Тывы в многолетнее кровопролитное противостояние с Украиной. Дескать, мы сами наградим всех, кого вы не заметили.

А вот с героем, именем которого назвали новый орден, похоже, власти Тывы погорячились. Несмотря на величие выбранной исторической фигуры, вызывающей национальную гордость, Субэдэй на своем пути пролил немало крови представителей титульной нации Российской Федерации.

По преданию, Субэдэй родился на территории современной Тывы в XIII веке и участвовал в завоевательных походах Чингисхана, в ходе которых уничтожил в общей сложности 32 государства. Во многом благодаря военным победам Субэдэя прославился и сам великий завоеватель.

Что касается Руси, то в 1223 году Субэдэй возглавлял монгольское войско во время похода в Приазовье, в ходе которого разбил русское войско на реке Калке. Во время монгольского нашествия на Русь в 1237-1240 годах под общим командованием внука Чингисхана Батыя и Субэдэя были сожжены, разрушены и покорены полтора десятка городов. Среди них – Рязань, Коломна, Москва, Владимир, Суздаль, Ростов, Ярославль, Тверь, Торжок, Переславль-Залесский, Юрьев-Польский, Переяславль Южный, Чернигов, Киев и Галич. Для нынешней столицы России Субэдэй – не просто один из очень немногих, а первый, кто сжег Москву.

Исходя из логики властей Тывы, как отмечает "Московский комсомолец", Калининградская область, к примеру, могла бы учредить орден Феликса Штайнера. Он местный уроженец – родился и вырос в городе Нестерове, который в досоветские времена назывался Шталлупененом (до 1938 года) и Эбенроде (с 1938-го по 1946-й). Он тоже военачальник: обергруппенфюрер СС, кавалер Рыцарского креста Железного креста с Дубовыми листьями и Мечами. Командовал дивизией СС "Викинг", отличившейся в боях на территории Украины, под Ростовом-на-Дону и на Северном Кавказе. К концу войны Штайнера повысили до командующего группой армий, названной, кстати, в его честь – "Штайнер". Реакция Кремля на инициативу Верховного хурала Республики Тыва пока неизвестна».

ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА ВИЗАНТИЙСКОЙ/РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ПРОТИВ СССР И США

ФЕЛИКС ШТАЙНЕР   АЛЬФРЕД РОЗЕНБЕРГ    ГУСТАВ МАННЕРГЕЙМ   ОЛЬГА ЧЕХОВА

Русские немцы ЦАРСКОЙ РОССИИ руководили нацистской Германией и СССР

"Реакция Кремля на инициативу Верховного хурала Республики Тыва пока неизвестна", пишет автор. Однако мы знаем, что это вопрос профана и провокатора. Сама Россия есть белогвардейская русско-прусская скотина во чреве совокупной идеальной Римской империи. Чингисхан и Субэдэй сделали для уничтожения русских не меньше, чем Штайнер, Розенберг и Маннергейм. Совокупность ордынского и германского фашизма есть опора государства Российского, нынешней Российской империи, разгромившей русских холопов и ставшей во главе так наз. Российской Федерации. Царнаевы для Русских в Москве суть тот же самый исламский фашизм, что и для американцев в Бостоне. Киллеры Росляков, Райан Рут, братья Царнаевы, Освальд – транснациональный классовый русско-прусский модус субстанции воли Третьего рейха и третьего Рима, Западной и Византийской империи.

«Парадоксально, но новая награда будет вручаться "за исключительные заслуги в защите Отечества, мужество и отвагу, проявленные при защите территориальной целостности и интересов России, а также за особые заслуги в области обеспечения безопасности", пишет автор.

Ничего парадоксального. Автор не понимает природу российского отечества. Российское отечество есть враг России, - отчество императорских ублюдков Екатерины, Потемкина, всех исторически врагов русского народа. Они сегодня у власти, и они награждают своих ублюдков орденами ордынских и нацистских карателей России!

РЕСТАВРАЦИя ГОСУДАРСТВА РЕВОЛЮЦИОННОГО ПРОЛЕТАРИАТА в РОССИИ

Модусы императорского фашизма (Штайнер, Розеберг, Маннергейм) дополним понятиями Шкуро, Доманов и Михаил Михалков, брат Сергея, дядя Никиты Михалкова. Дворяне, бл***, дворяне. А к модусам Чингисхана и Субэдэя можно и нужно прибавить мальтийский (римский) модус Шойгу, Ельцина и Собянина. Следует однако заметить, что в себе это модус упущен из вида Трампом и Вэнсом, когда последние учуяли в Орбане и венграх революционный дух. Все вышло наоборот, потому что раньше не выходило, а скрывалось. Власть перешла к мадьяру, именно к Петеру Мадьяру, фигуре Австро-Венгерской империи, т. е. к Габсбургам. Главная прореха скрывалась в тайне непознанного разумом и представленного рассудком Трампа и Вэнса определения Венгрии как Венгрии и венгров как венгров, тогда как Венгрия есть Австро-Венгрия, а венгры - мадьяры, но точнее, не столько и не только мадьяры, сколько финно-угры. А это уже, можно сказать, раса. Таким образом, Россия и ее бывшая колония Украина заселены также и финно-уграми, в числе которых Ельцин, Шойгу, Собянин, лидеры фашистского, Римской/Российской империи переворота в СССР. Здесь же Мединский и его идеал Маннергейм. Здесь же и немцы Греф i Миллер. Геополитика Хаусхофера i Гесса осуществилась Термидором и Реставрацией потемкинской екатерининской русско-прусской - das heißt немецко-фашистской nämlich Российской империи. Гидре русского императорского фашизма России следует подрубить корни и отрубить голову, говоря словами Марата, Робеспьера, Дантона, – гильотинировать! ¹

Которые тут временные?

                                          Слазь!

Кончилось ваше время».

И один

            из ворвавшихся,

                                       пенснишки тронув,

объявил,

               как об чем-то простом

                                                   и несложном:

«Я,

     председатель реввоенкомитета

                                                        Антонов,

Временное

                  правительство

                                    объявляю низложенным».

ТОВАРИЩИ! ГРАЖДАНЕ РОССИИ, США, СССР И ИЗРАИЛЯ! ОТЕЧЕСТВО В ОПАСНОСТИ!

Марксистско-ленинская революция в России должна и может свергнуть власть русско-прусского дворянства и привести пролетариат к победе над немецко-фашистским двуглавым имперским орлом банды палеологов и их римских предков и потомков.

 яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3091.09│21.05.26

¹

Модусы императорского фашизма (Штайнер, Розеберг, Маннергейм, Шкуро, Доманов, Михалков, Ольга Чехова, - дворяне. Модусы Чингисхан, Субэдэй = мальтийский (римский) модус Шойгу, Ельцина и Собянина. Эти модусы не поняты Трампом и Вэнсом, они учуяли в Орбане и венграх революционный дух. Однако всё наоборот и от рассудка скрыто. Власть перешла к мадьяру, именно к Петеру Мадьяру, типу Австро-Венгерской империи Габсбургов. Прореха скрыта в тайне непознанного разумом и представленного рассудком Трампа и Вэнса определения Венгрии как Венгрии и венгров как венгров, тогда как Венгрия есть Австро-Венгрия, а венгры - это мадьяры, точнее - финно-угры. Можно сказать, особая раса. Таким образом, Россия и ее колония Украина заселены финно-уграми, этносом Собянина, Ельцина, Шойгу, мальтийских орденоносцев, что совершили фашистский Римской/Российской империи переворот в СССР. В числе путчистов все императорские ублюдки, в частности, Мединский (его кумир Маннергейм), а также folksdeutsche Греф i Миллер.

Die Geopolitik Хаусхофер und Гесс endete in einem Staatsstreich. Говоря русским языком, геополитика Хаусхофера и Гесса, или термидор, завершилась реставрацией потемкинско-екатерининской русско-прусской (das heißt немецко-фашистской, nämlich Российской) империи. Гидре русского императорского российского фашизма следует подрубить корни и отрубить голову; иначе говоря, реабилитируя Марата, Робеспьера, Дантона, гильотинировать Грефа, Миллера, Мединского, Шойгу, Собянина, всю немецко-фашистскую свору Третьего рейха и третьего Рима! (Трактат Об уме. § Трамп и Си. Киний). *

ГДЕ БЫЛ БОГ 7 ОКТЯБРЯ

?КАК ВОЙТИ В ХРАМ?

ШАВУОТ. ИСПОВЕДЬ

Время разбрасывать камни, и время собирать камни.

Екклесиаст 3:5

Камни Храма -

Камень преткновения

Я ей любовь свою поверил

Я ей любовь свою поверил

И жизнь трехмерную доверил,

Себе – внемерную оставил

И мой народ небесный славил.

Трёхмерье

Народ небесный в меру сил

Себя в трехмерье поместил

И Б-га снова попросил

Отбиться от трехмерных сил, –

Не стал он камни собирать,

Что Рима разбросала рать.

И Б-г ответил: Мне на*рать.

Кимний

 яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3092.09│22.05.26

Коль речь о выборах зашла,

Отчизна лучше не нашла,

Чем оппозицию убрать

И Нетаньяху вновь призвать

Главой правительственных сил

Множе́нья вражеских могил.

яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3095.09│25.05.26

МЕМОРАНДУМ АБСОЛЮТНОЙ ИДЕИ. ТРЕТИЙ ХРАМ

яхВЕ КИМНИЙ-ELOKIM 3096.09│26.05.26

1  2  3-зОЛОТОЕ СЕЧЕНИЕ  4  5  6  7  8  10 философия спасения